Та весенняя охота на водоплавающих едва не закончилась трагедией, и, видимо, поэтому запомнилась навсегда. В школе – весенние каникулы. Я, как и обещал, взял с собой восьмиклассника-сына Сережу. Собрались в  назначенное время без опозданий. На УАЗике Комарова, начальника разрешительной системы, выехали в сторону в Меренги.

- Там и пристреляем мой карабин, –  достает из чехла охотовед Давыдов только вчера приобретенный невиданный до той поры на Колыме карабин «Лось».

По бокам лесной дороги уже очистившиеся ото льда озерца поблескивали зеркальной гладью, отражая иссиня-голубое небо и голые еще лиственницы. Но уток на них еще не густо, попадаются лишь изредка в теплых лужицах вдоль дороги, однако улетают загодя.  Только моему Сереже пофартило взять пару штук. Они с моим подарком Давыдову – трехмесячным щенком от лайки Феи, носятся, не приседая. Вообще, весенняя охота на уток не столь увлекательна, как осенняя. Весной, после перелета, водоплавающие весьма исхудавшие, и их меньше, чем осенью после пополнения потомства. Помню, однажды осенью собирали их руками из-за повалившего перед самым отлетом птицы в теплые края мокрого снега. Скованные ледяным панцирем, бедняги хотя и передвигались еще по воде, но не могли взлететь.

За поселком Меренга наш путь преградила река. Здесь Вилига от правого берега делает зигзагообразный поворот под прямым углом, пересекая лагуну, заросшую ивняком, к скалам на левой стороне. Летом в этом месте стоит пост рыбинспекции, проехать можно только здесь, тут единственный брод. О том, чтобы перебраться на ту сторону на УАЗе не могло быть и речи.

Как правило, инициатива всегда наказуема. Я предложил переправиться, взяв в колхозе «Урал». В полукилометре  от реки до нашествия цивилизации стоял поселок Старая Меренга. Это был поселок орочей, сейчас там  сохранился один дом и загон, где летом откармливают колхозных телят. Между сопок, над поселком, невесть откуда взявшиеся три озера. Расположены они цепочкой  на небольшом расстоянии друг от друга. Бог весть, откуда они питаются, если  их уровень на тридцать метров выше  реки Вилиги.

Пока мы тешились со щенком, ребята вернулись на Урале-самосвале. Летом при переезде реки вода едва достигает кузова, а сейчас рисковать не стоит. Решили переехать задним ходом, так меньше шансов заглохнуть двигателю, если врюхаемся в яму. Я с водителем в кабине, ребята – в кузове. Едва берег удалился на пару метров от переднего буфера, как машина уперлась во что-то невидимое под водой.

Как потом выяснилось, это была еще не растаявшая глыба льда, сросшаяся с дном, и, как потом оказалось, в ней-то и было наше спасение. Из-под стоящей на месте машины потоком стало вымывать гальку, машина начала просаживаться, а поскольку развернута была боком к течению, то водой захлестнуло двигатель, и он заглох.

Мы с водителем перебрались в кузов, потому как кабина была уже залита водой. «Урал» подрагивает под напором бурлящей реки, нужно  быстрее выбираться на берег. Всего пару метров до него, но прыгать с мокрого и скользкого капота не очень удобно. Первым прыгнул рослый, под два метра, водитель – удачно. За ним Комаров, он все-таки чемпион МВД области по гиревому спорту. Следующим прыгнул Давыдов с рюкзаком за спиной, в который мы запихали щенка.

В этот момент что-то заскрежетало, машина дернулась, и берег еще дальше удалился от нас. Если перевернет машину, то в этом бушующем потоке да еще с температурой всего-то 4 градуса не спастись… Медлить нельзя. Прыгает Сережа, ребята успевают подхватить его, только зачерпнул болотниками воду.

Машину начало разворачивать, все хором кричат - прыгай, а у меня ноги ватные и не могу согнуть их в коленках для толчка. Понимаю, что медлить нельзя, все решают секунды. Не помню, как оттолкнулся от скользкого капота, уже через него шла вода… Прыгаю, но, не достигнув берега, плюхаюсь животом в воду. Спас меня мой рюкзак с харчами, который в суматохе я не сообразил бросить на берег. Он пролетел через мою голову, и за него-то ребята и вытащили меня. Иначе кормить бы мне рыбу в этом мутном потоке, мчавшемся со скоростью экспресса.

Машину сорвало с места, развернуло и прижало железным кузовом к скале. Кабина едва выглядывала  из воды. Повезло нам,  самосвал не унесло дальше, так бы остались только щепки…

С шутками и беззлобными подначками обсушиваемся у костра, особенно я, промокший до нитки. Хотя в душе мне не до шуток. Всматриваюсь в стальные воды буйно несущейся в десяти метрах от нас реки. И видится она мне бесконечно длинным обиженным хищником, упустившим сытный завтрак. В который же раз кривая вновь вывезла меня?!.

Владислав Стародуб